Прямая речь

Душой согревают холодный металл

«Сколько себя помню, хотела быть воспитателем. Однако так сложилось, что уже почти полвека работаю художницей на Жостовской фабрике декоративной росписи. А с детишками судьба всё равно свела: 10 лет провожу мастер-классы, учу секретам и традициям росписи жостовских подносов», — так начинает свой рассказ художница Нина Николаевна Большова.

Во время мастер-классов или при создании пышных цветочных композиций с помощью кистей и красок, Нина Николаевна любит повторять: «Гладим, гладим светом каждый лепесток». Поучиться волшебной «светописи» приезжают и малыши с родителями, и школьники, и студенты художественных вузов из Москвы и других городов. Доброжелательная творческая атмосфера занятий — лучший способ заинтересовать, увлечь молодое поколение старинным русским промыслом. Кстати, на рабочем столе Нины Николаевны красуются два картонных подноса, которые расписала её маленькая внучка. Кажется закономерным, что уже четвёртое поколение семьи художницы приобщается к традициям, которые создавались целыми династиями жостовских мастеров. Внучка с интересом перенимает секреты росписи, сын работает в цехе, родители Нины Николаевны, по её словам, тоже трудились здесь: «Я часто приходила к ним. С детства мне запомнился запах лака, которым и сегодня покрывают готовые изделия».

Полировщики за работой, 1950 г.

Создание жостовского подноса — это многодневная, трудоёмкая работа. На разных этапах к изготовлению подключаются ковали и штамповщики, лакировщики чёрной эмалью, сушильщики, художники (в том числе художники-орнаменталисты), лакировщики светлым лаком.

«Моя мама работала лакировщицей, — рассказывает Нина Николаевна. — Это и сегодня сложная и очень ответственная работа. Покрытие светлым лаком — завершающий этап производства, в которое вложено столько коллективного труда. Поверхность подноса должна быть ровной, как зеркало».

Чудесный зеркальный глянец особенно удивляет в жостовских подносах. Засмотревшись, легко поддаться иллюзии, что вглядываешься в глубину через прозрачную воду или стекло хрустальной чистоты, под которым яркими красками распускаются сказочные цветы. Это волшебство подчёркивают и названия работ Нины Николаевны, они похожи на первые слова старинных русских романсов и первые строки стихотворений: «В лунном сияньи», «Утро туманное», «Звёздочка моя». Но даже без названия и авторской подписи, работы художницы легко узнать по стилю: безмятежные чистые цвета, плавные завершенные линии. А за кажущейся простотой каждого движения кисти — опыт, длинною в жизнь.

Поднос «В лунном сияньи». Автор: Н.Н. Большова

Нина Николаевна рассказывает: «Когда я закончила восемь классов (как было тогда принято), я поступила в Федоскинское художественно-промышленное училище. Надо признать, что местные жители пользовались небольшим преимуществом при поступлении. Но все равно комиссия оценивала строго. Смотрели всё: и рисунок, и композицию, и живопись. А научиться этому мы, девчонки-подростки, могли только на фабрике, куда и бегали каждую свободную минуту. Готовил нас к поступлению в училище Борис Васильевич Графов, главный художник фабрики в то время, замечательный жостовский мастер. Именно он учил меня, как художник должен правильно держать карандаш и кисть».

Кстати, роль мужчин в появлении и развитии жостовского промысла трудно переоценить. В конце XVIII века в подмосковных деревнях Жостово и Осташково предприимчивый крепостной графа Шереметьева Филипп Никитич Вишняков открыл «лакирные мастерские». Здесь создавались из папье-маше, разрисовывались по мотивам популярных гравюр и покрывались лаком небольшие вещицы: шкатулки и портсигары, спичечницы и конфетницы. Расписные предметы хорошо продавались, и вскоре в Москве на Цветном бульваре появилась лавка «Заведение братьев Вишняковыхъ съ сыновьями Московскаго Уъезда въ Селъ Жостово». Однако настоящую славу семье Вишняковых принесли лакированные металлические подносы, на которых изображались сценки из крестьянской жизни, петушиные бои, русские тройки, летние и зимние пейзажи. Яркие и лёгкие изделия быстро получили признание, вошли в моду и стали вытеснять конкурентов (к примеру, лакированные подносы из Нижнего Тагила). А в известном чайном магазине Перлова на Мясницкой улице разнообразные сорта восточного напитка стали продавать в металлических коробочках, которые также делали и расписывали жостовские мастера. Так китайские чайные традиции повлияли на художественную роспись изделий: усложнились орнаменты, линии стали тоньше, появились новые мотивы.

В конце XIX века промысел процветал: в подмосковных артелях было задействовано около трёхсот мастеров. Среди них были ковали, изготавливавшие металлические формы, шпатлёвщики, наносившие грунт на поверхность изделий, а также художники. Со временем жанровую живопись сменили цветочные мотивы. Сначала — робкие полевые букеты, затем — экзотические розы и маки, нежные тюльпаны, виноградные лозы и сложные барочные орнаменты. В начале XX века жостовские картины-панно славились не только в России, но и за границей. Их успешно экспонировали на всемирных художественных выставках в Париже в 1924 и 1937 годах, и в Нью-Йорке в 1939 году.

Вспоминая историю промысла, Нина Николаевна грустно вздыхает: «Всё тогда мужчины умели: и железную косу в руках держать, и тяжелый молоток, и легкую кисточку».

Шлифовщики за работой 1951 г. (Дергачев Василий Петрович, Савельев Иван Иванович)

В жостовском объединении артелей, основанном в 1928 году и получившем название «Металлоподнос» (с 1960 года — Жостовская фабрика декоративной росписи), было задействовано более семидесяти художников. Среди них — золотые мастера промысла: Андрей Гогин, Василий Дюжаев, Павел Плахов, Матвей Митрофанов, Дмитрий и Василий Клёдовы.

Однако, как и в других областях, многое изменила Великая Отечественная война, после которой росписью подносов стали заниматься в основном женщины, выпускницы Федоскинского художественного училища. Мужчины брали на себя работу с тонкой кровельной сталью: штамповку, вальцовку (обработку краёв), грунтовку и лакировку. К этому времени жостовские подносы утратили своё практическое значение — на них уже не ставили тяжёлые самовары и чашки с горячим чаем. Они, по словам Нины Николаевны, превратились в «ежедневное произведение искусства», в каждом из которых отражались и традиции двухсотлетнего художественного промысла, и уникальное видение живописца.

Во время проведения мастер-классов художница любит повторять: «Мы работаем для людей. И, рисуя, словно душой согреваем холодный металл...»

Создание традиционного жостовского подноса занимает около двух недель, а на роспись уходит от двух до трёх дней. Начинают расписывать с создания «замалёвка». Получая из цеха покрытую лаком заготовку нужной формы и цвета, художницы обратной стороной кисточки или мелом, разделяют поверхность будущего рисунка, точно определяя его центр. «Такое начальное крестообразное движение, — говорит Нина Николаевна, — очень напоминает благословение работы. Ведь то, какие цветы распустятся именно на этой картине, зависит только от фантазии и мастерства художницы.

Мы не делаем никаких предварительных набросков, сразу рисуем масляной краской, импровизируем. Поэтому ни в Жостове, ни во всём мире нет и не может быть двух одинаковых жостовских подносов. Замалёвок делается очень быстро, как одно мгновение.

Но основная работа впереди. На следующий день, после того, как он высохнет в печи, где температура достигает 120 градусов (по Цельсию), поднос снова возвращается ко мне. Теперь задача стоит сложнее, но интереснее. Пишем уже с объёмом, колоритом и светотенью. Этот этап называется „выправка второго дня“». Но поднос ещё не готов. После того, как художница завершает работу, изделие попадает к орнаменталистам. Тонкой беличьей кисточкой они дополняют работу, выдумывая узоры, непрерывно идущие по краю подноса. И только после этого «металл, согретый душами многих мастеров» попадает к лакировщикам, которые искусно наносят последний слой знаменитого светлого лака.

В XXI веке жостовский промысел, развиваясь, находит своих новых поклонников не только в России и Европе, но и в США, Китае, Японии. И, несмотря на то, что его визитной карточкой остаётся овальный поднос из металла, на чёрном фоне которого изображена пышная цветочная композиция, художники и ковали смело экспериментируют как с формой изделий, так и цветом фона. В наши дни жостовский поднос, который долгое время воспринимался как музейный экспонат с интересной историей или яркий объект художественных фестивалей и выставок, постепенно возвращает свои утилитарные свойства. Сегодня его оригинальность и красоту можно встретить как непродолжительных кофе-брейках в российских бизнес-центрах, так и длительных домашних застольях. А для некоторых жостовский поднос — настоящая семейная ценность, которую передают от поколения к поколению. Ведь каждое изделие, созданное мастерами из Жостово, — это эталон двухсотлетнего русского художественного промысла.

Больше по теме

Народный формат. Народное искусство как национальное достояние
Фестиваль народных промыслов «Гипюра сказочный узор»
«На фарфор выплёскиваем мысли»: как становятся дулёвскими мастерами
Запуск коллаборации Жостовской фабрики с дизайнером Сергеем Сысоевым