История

Русский фарфор: от поросят к бутсам и котикам

Кто привез фарфор в Россию?

Моду на фарфор в России ввел самый прогрессивный русский император Петр I после очередного вояжа в Европу (там фарфоровая посуда появилась в начале XVIII века). В 1712 году он побывал во дворце короля Пруссии «Ораниенбург», увидел там две палаты «в китайском стиле» и влюбился. Вернувшись домой, царь заказал такой же «уголок Востока» в своем дворце «Монплезир» (в переводе с французского — «мое удовольствие»), именно для него Россия впервые закупила большую коллекцию китайского фарфора.

С тех пор фарфор стал самым популярным финансовым вложением у русской знати. Теперь его закупали чаще всего на Мейсенской фабрике в Германии. Позже, при Екатерине II, послы открыли для себя французский фриттовый фарфор на Севрской мануфактуре. В 1770 году в Россию было отправлено 40% всего экспорта Мейсенского завода, и, по информации исследователя Д. Иванова, в конце XVIII века на предприятии даже были назначены специальные дни для выделки товара для России. Фарфоровые ставки росли, и в 1779 году на покупку скульптур работы Буазо императорский двор потратил 81000 ливров — более 405 000 рублей. При этом канцелярист в губернском уезде в это время получал 40 рублей в год, на них он имел возможность хорошо одеваться, держать лошадей, высылать каждый месяц 1-2 рубля серебром и подарки родителям.

Русские придворные не только охотно покупали фарфоровые изделия, но и получали их в подарок. В 1745 году король Август III прислал в честь бракосочетания великого князя Петра Федоровича (внука Петра I) с принцессой Ангальт-Цербской в дар императрице Елизавете роскошный фарфоровый сервиз в декоре «Holzschnittblumen».

Кто первым начал «фарфоровое импортозамещение» в России?

У русских мастеров была творческая предрасположенность к изготовлению изящной фарфоровой посуды, потому что с VI века они занимались «ценинным промыслом» — делали посуду и разные бытовые мелочи из обожжённой глины, покрытой белой или цветной глазурью. Часто эти изделия еще и расписывали, но это было отдельное искусство — майолика. Свое название «ценинный» промысел получил из-за олова (на немецком — Zin, или на польском — zing), которое входило в состав цветной эмали.

Но с фарфоровой посудой эти ценинные изделия конкурировать не могли, казенные траты на нее росли с каждым годом, и в 1723 году Петр I выпустил указ о льготах предпринимателям, которые сумеют «куриозное (это галлицизм, означает — интересное, редкое — примечание автора) художество ввести и распространить». Государь отдельно подчеркнул, что особой благодарности удостоятся те, кто будет использовать местное сырье. Параллельно император отправил с тайным поручением в Дрезден своего деншика-дипломата Юрия Кологрирова, тот должен был аккуратно выведать фарфоровый секрет, но миссия провалилась.

Петр I до рождения русского фарфора не дожил и успел застать лишь образцы майолики на заводе Афанасия Гребенщикова. Там изготавливали керамические изделия с росписью по сырой эмали. Тайну фарфора Гребенщиков не раскрыл, но тем не менее стал официальным «поставщиком Её Императорского Величества».

В 1744 году императрица Елизавета приказала в 10 километрах от Петербурга на берегу Невы построить «порцелиновую мануфактуру». «Порцелином» в то время называли белый фарфор, понятие заимствовали из итальянского языка, где porcellino переводится как «поросенок». На такие ассоциации наших предков навел молочно-розовый цвет фарфора после обжига. В качестве эксперта пригласили профессионального художника по фарфору Кристофа Конрада Хунгера. По происхождению он был немцем, до России работал в Вене, Венеции и Мейсене. Хунгер, которого в народе величали Гунгером, смог сделать на Руси некачественный маленький горшок и шесть непригодных к употреблению чашек. Императорский двор оперативно организовал расследование и выяснил, что «эксперт» вообще-то был путешественником — странствовал по Европе, поверхностно изучал некоторые промыслы, а позже, предположительно, из-за проблем с квалификацией, сбежал из Мейсена в Вену. Хунгера уволили, в 1748 году он умер в Петербурге в одиночестве.

Хунгер тщательно берег свои «секреты мастерства» и не посвящал в процесс посторонних, однако к нему был приставлен внимательный помощник Дмитрий Виноградов. Он был родом из семьи суздальского священника, отец нашел средства и отправил сына в Славяно-Греко-Латинскую академию. Там молодой Виноградов сдружился с Михаилом Ломоносовым, оба продолжили учебу в Санкт-Петербурге. После Виноградов в компании других талантливых ребят отправился на стажировку во Фрайбург для изучения горного дела. Молодой ученый с блеском сдал финальные экзамены в Берг-коллегии (это государственный орган, который занимался горной промышленностью в России) и получил чин бергмейстера. Он планировал и дальше заниматься по профилю, но императрица Елизавета Петровна приметила талантливого подданного и поручила ему создать фарфоровое производство в России.

У Виноградова получилось: уже в 1746 году он сумел получить приемлемый по качеству фарфор на основе нескольких сортов гжельской белой глины, олонецкого кварца и алебастра. Ещё несколько лет ушло на совершенствование технологического процесса. В 1753 году завод «Невская порцелиновая мануфактура» уже принимала заказы на фарфоровые табакерки. В них уже были все те элементы, которые впоследствии стали фирменным стилем наших изделий — тонкая роспись с мельчайшей прорисовкой деталей, позолота, рельефный декор и изящность форм.

В 1756 году Виноградов установил на заводе большой горн и смог выполнять более крупные заказы. Одним из них стал первый русский сервиз из фарфора с рельефным декором и пурпурно-золотой росписью под названием «Собственный». Его приобрела императрица.

Изобретение русского фарфора стоило Дмитрию Виноградову жизни. Придворные настолько боялись, что отечественный рецепт станет известен, что перестали выпускать ученого с завода, он пытался забыться в вине, чем еще больше разозлил начальство. Тогда изобретателя русского фарфора посадили на цепь и приковали к стене на этом заводе, через три дня он умер. Дмитрию Виноградову было 38 лет. От него остался дневник с зашифрованным рецептом фарфора: на шифре настаивали придворные. Дело Виноградова продолжил его ученик Никита Воинов.

В 1765 году на престол взошла Екатерина II и решила переименовать «Невскую порцелиновую мануфактуру» в Императорский фарфоровый завод. Ему она приказала «удовольствовать всю Россию фарфором».

Кто был главным фарфоровым энтузиастом?

Короткий ответ на этот вопрос — Матвей Сидорович Кузнецов.

Но мы таким коротким ответом, конечно, не ограничимся.

Родиной Кузнецова, что очень символично, была Гжель. Именно в этом районе главным делом местных жителей начиная с 18 столетия была керамика.

Прадед «фарфорового короля», Яков Васильевич Кузнецов,основал небольшой завод по производству керамики. Спустя почти век, в 1867 году, после обучения в коммерческом училище в Риге, Матвей Сидорович приступил к управлению семейным делом.

Первым успехом Матвея стала московская Всероссийская художественно-промышленная выставка — именно там в 1882 году он был представлен императорской чете и преподнес императрице в качестве подарка фарфоровый чайный сервиз своего завода. Эта встреча была судьбоносной — через двадцать лет Матвей Кузнецов приобрёл новый статус — «Поставщик Двора Его Императорского Величества».

Заводы Кузнецова стали настоящей «Империей» — суммарно на них трудились 1300 постоянных и более 3 500 тысяч временных рабочих.

Изделия Кузнецова завоевали не только российский, но и зарубежный рынок: русский фарфор пользовался спросом на рынкам Турции, Персии, Болгарии, Японии, Америки и Австрии после получения медалей на Международных выставках в Париже (в 1900 году) и Реймсе (в 1903 году).

Главным секретом фарфоровой империи Кузнецова было отношение самого Матвея Сидоровича к процессу: Кузнецов стремился объединить всех керамистов страны, привлекая на свои заводы лучших мастеров и фабрикантов. На его предприятиях был четко регламентирован процесс «восхождения по карьерной лестнице»: каждые два года подструктурные директора на его заводах менялись по старшинству вступления в должность.

Кому на Руси фарфор был нужен?

Основным заказчиком фарфора на Руси была императорская семья. Она заказывала как сервизы, так и более мелкие изделия, наподобие табакерок. Понравившиеся произведения хранились в царских покоях, другие же Екатерина II дарила особо приближенным придворным. Некоторые изделия отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков.

Русский фарфор стоил очень дорого и позволить себе его покупку могла лишь узкая прослойка знати — это был элемент престижа, показатель кастовой принадлежности. Весь XVIII век аристократия даже не использовала фарфор, а прятала его в специальных кладовых, сервировать им столы стали намного позже.

Как буржуазный фарфор выжил в Советском союзе?

Советская власть в лице Народного комиссариата просвещения поставила перед Императорским фарфоровым заводом предельно конкретную задачу: «вырабатывать агитационный фарфор в высоком смысле этого слова — революционный по содержанию, совершенный по форме, безупречный по техническому исполнению». Для таких глобальных целей на заводе даже открыли «Испытательную керамическую лабораторию республиканского значения».

В 20-х годах XX века на нем трудились Казимир Малевич и Василий Кандинский. Малевич пропагандировал там «принцип утилитарного совершенства вещи», его знаменитый заварочный чайник, напоминающий сложную геометрическую систему, и концептуальные полчашки и сейчас можно купить в составе сервиза за 50 000 рублей.

Художники реформировали искусство с размахом: обычные формы они заменили на упрощенные правильные полусферы, ручки с завитками — на сурово-прямоугольные. Также утилитарно-совершенная посуда была бессюжетной, с простыми линиями — так творцы показывали, что важен сам цвет, а не то, что он отображает. Народ, однако, «простую» посуду не оценил: пользоваться ей в «нехудожественной» жизни оказалось практически невозможно. Но творец не терялся и в ответ на заявление директора завода «Господин Малевич, из вашего чайника вода не льется», исчерпывающе пояснил, что «это не чайник, а идея чайника». Начальство в столь сложных материях разбираться не стало, и художники будущего были уволены.

В 30-е годы Ленинградский фарфоровый завод под руководством ученика Малевича Николая Суетина создавал стиль, соответствующий «социалистическому быту». Это было сочетание идей революционных предшественников с декоративизмом эпохи Николая и просто реалистическим изображением природы.

В 60-е годы мастера завода устали от чрезмерной декоративности и росписи и перешли на работу с белым фарфором и формой, которую старались сделать более лаконичной и геометрически правильной. В этом период особенно заметными фарфоровыми мастерами были Эдуард Криммер и Анна Лепорская, Василий Семенов, Серафима Яковлева и Владимир Городецкий. Благодаря Нине Славиной и Инне Олевской развивалась и композиция: в моду вошли монументальные многопредметные сочетания.

Где сегодня в России делают фарфор?

Помимо Императорского завода в современной России крупными производителями фарфора считаются Гжельский фарфоровый завод в селе Речицы, Дулевский завод в Московской области и Дмитровский в поселке Вербилки.

Дулевский завод появился из-за стараний удельного крестьянина Якова Васильевича Кузнецова, который в XIX веке начал заниматься фарфором в старообрядческом Гжельском селе Ново-Харитоново. Дело отца подхватили дети в селе Дулево, и контора «Товарищество М. С. Кузнецова» быстро стала брендом. В 1918 году советская власть национализировала предприятие и переименовала его в Дулевский фарфоровый завод имени газеты «Правда».

Один из негласных символов дулевского фарфора — «агашка», особая цветочная роспись широкими мазками. Название этой техники связано с тем, что среди деревенских девушек, трудившихся на заводе, было распространено имя Агафья. Вот и назвали в честь мастериц роспись красивыми выразительными цветами ласкаво — «агашкой».

В 2003 году цех по производству художественного фарфора в селе Речицы отделился от Дулевского завода и стал «Гжельским фарфоровым заводом».

Сегодня АО «ГФЗ» специализируется на традиционном фарфоре с ручной кобальтовой росписью. На Гжельском заводе очень любят спорт, и даже заслужили право выпускать лицензионную сувенирную продукцию к Олимпийским играм в Сочи. А Российский футбольный союз заказал заводу фарфоровые бутсы и футболки в гжельском стиле.

Дулевский фарфоровый завод также неравнодушен к спорту и готовится к Чемпионату мира по футболу, который пройдет в России в 2018 году. Мастера из Дулево выпустят скульптуру волчонка Забиваки (это официальный талисман ЧМ 2018), 15-сантиметровый фарфоровый кубок для чемпиона, а также чайники, чайные пары, настенные тарелки с символикой турнира.

Фарфоровый завод в поселке Вербилки в Московской области также одно время входил в структуру «Товарищества М. С. Кузнецова». Дмитровским завод стал в Советское время после национализации. В 1991 работники завода выкупили его и организовали ЗАО «Фарфор Вербилок», а в 1995 году появилось дочернее предприятие ДО «Промыслы Вербилок», которое объявило, что возродит традиции дореволюционного фарфора. Сегодня фарфор Вербилок выходит под маркой фабрики «Мануфактуры Гарднеръ в Вербилках». В 2018 году предприятие собирается перевыпустить серию посуды времён СССР. Она должна напомнить покупателям о лозунгах и достижениях советского периода.

Русский фарфор знают за рубежом?

Фарфоровые заводы времен империи, СССР и России постоянно завоевывали призы на международных выставках в Лондоне, Париже, Нью-Йорке, Брюсселе, Вене. Сегодня фарфор Императорского завода выставлен в Эрмитаже, Русском музее, ГМЗ «Царицыно», Victoria and Albert Museum, The Metropolitan Museum of Art и в частных коллекциях.

Также за отдельные изделия из русского фарфора коллекционеры сражаются на международных аукционах «Сотбис» и «Кристи».

Чтобы улучшить технологии производства и выйти на уровень всемирно признанных торговых марок Meissen, Herend, Wedgewood, Императорский фарфоровый завод в 2002 году даже купил французские компании Deshouliers и Porcelaine de Sologne, которые выпускают качественный французский фарфор европейского класса не ручной работы.

Зачем на фарфор ставят клейма?

Клейма на фарфоре — это первая попытка мастеров защитить авторское право. Они ставили на изделие клеймо и этим подтверждали его подлинность. Обычно такая защита от подделки расположена на донышке предмета и покрыта нестирающейся краской. Клеймо может быть сделано в виде цветочного орнамента, семейного герба, инициалов и других элементов, которые зависят только от фантазии автора.

Как отличить фарфор от керамики?

Прежде всего, приподнимите предмет и попытайтесь посмотреть через него на свет: фарфор просвечивает, а керамика — нет. Дальше обратите внимание на донышко: если на ободке есть глазурь, то перед вами керамика, нет — фарфор. Музыканты могут еще и проверить посуду на слух: у фарфора при постукивании чаще всего ясный и высокий тон, у керамики — глухой и низкий.

Правда ли, что фарфоровая посуда может быть опасна?

Опасными могут быть только дешевые и некачественные изделия, при росписи которых использовались кадмий и свинец. Чтобы не рисковать, покупайте фарфор в специализированных магазинах и избегайте посуды с перламутровыми или очень яркими рисунками.

Больше по теме

В Подмосковье продолжают развивать гжельский промысел
«Принцип солёных огурцов» и другие секреты Мастерской майолики Павловой и Шепелева
6 вопросов о майолике
Главные факты о русских воинах в народных промыслах в вопросах и ответах